joeck_12 (joeck_12) wrote in ru_royalty,
joeck_12
joeck_12
ru_royalty

Жизнь аристократки Австро-Венгрии. Часть 8.

Чтобы прочесть первые 7 частей, жмите внизу на тэг "Австро-Венгрия". А сегодня, в восьмой части серии о жизни женщин аристократок Австро-Венгрии, речь пойдет о благотворительности (почти рождественская тема).

Пожалуй, единственной обязанностью аристократки, не связанной с ее непосредственным окружением, была благотворительность.

Графиня Аглая Кински, урожденная принцесса Ауэрсперг, в народном костюме на благотворительном костюмированом балу.


Традиция благотворительности женщин аристократок уходилa корнями в глубину веков и представлялa собой некую смесь христианской любви к ближнему, долга перед королем/императором, личной инициативы и участия. С древних времен обязанностью супруги феодала/ землевдалельца было заботиться о бедных и слабых на принадлежащих им землях.

Как правило, знатные землевладельцы старались не допускать совсем уж беспросветного обнищания своих подданных. Тут играло роль не только чувство ответственности по отношению к менее защищенным, но и понимание того, что озлобленные и доведенные до крайней нищеты низы крайне опасны, а воровство, разбои на дорогах, насилие, неповиновение и мятежи никому не нужны...

1886 год - княгина Франциска Монтенуово, урожденная Кински - в костюме Минервы и - она же в костюме осени (или как говорили «аллегория осени»):


Благотворительность аристократок в прежние времена была ограничена владениями их мужей. Помогали тем, кого знали лично (или хотя бы наглядно), кто работал на них, кто проживал в окрестных деревнях, кому считали себя обязанными. Социальная помощь принимала разные формы. Частные пенсионные кассы, спонсирование школ и больниц, оплата земских врачей, суповые кухни...

1885 год - графиня Франциска Вальдштайн в костюме весны и графиня Берта Хаугвитц в костюме ночи


Распределение обязанностей было четко расписано: муж-аристократ выделял средства на социальные проекты, а жена занималась распределеним этих средств. Милосердие и сострадание у знатной женщины были возведены в ранг добродетели.
В суповых кухнях был популярен «румфордский суп» - суп на основе перловки и гороха, дешевый и питательный. Обычно раздача супа устраивалась в боковом крыле дворца или загородного поместья, где были расставлены столы и скамейки. Хозяйка собственноручно разливала суп, ей должны были помогать все взрослые женщины семьи.

(Конечно, эти "точечные" меры были каплей в море, и они не могли победить бедность)

1885 год - графиня Анна Хаугвитц в историческом костюме и графиня Харрах-Таксис в костюме лебедя.


После революции 1848 года аристократы габсбургской империи были официально освобождены от обязанности заниматься благотворительностью. Эта задача была передана в ведение коммун и муниципальных учреждений, но аристократы остались верны своим вековым традициям.

Во второй половине 19 века благотворительность приняла новые формы. Раньше аристократка занималась «незаметной» благотворительностью – раздавала бедным своей округи горячую пищу, одежду, лекарства. Теперь же благотворительные проекты вышли за пределы семейных поместий – стали проводиться благотворительные балы, базары, аукционы. И благотворительность стала не только обязанностью, но и удовольствием. У «благородных» дам появилась лишняя возможность выехать в люди, показать свои наряды, развлечься...Благотворительность стала более «гламурной» и помпезной.
Аристократки соревновались друг с другом, чей аукцион или бал лучше организован, чья идея более оригинальная и чей бал/базар соберет больше пожертвований.

Но чтобы собрать значительные суммы пожертвований, было недостаточно оставаться в своем узком аристократическом кругу. Ради такой цели аристократкам приходилось приносить «жертвы» и временно поступаться своими принципами – привлекать жен банкиров, фабрикантов, состоятельных предпринимателей - словом, членов «второго общества», на которых «первое общество» обычно смотрело свысока. А тех не приходилось долго упрашивать... У них не было заветнее желания, как быть принятыми и приглашенными «первым» обществом, ради этого они были готовы на любые затраты.

1885 год - принцесса Альмейда Гогенлоге в костюме стрекозы:


Для этой цели аристократки в виде исключения открывали двери своих домов перед женами «финансовых баронов» (но не навсегда, а только для благотворительных мероприятий). И те не только с энтузиазмом участвовали в организации благотворительных базаров и балов, но и с радостью открывали свои тугие кошельки (то есть кошельки своих мужей). Как только необходимая сумма была собрана, контакт между женщинами «первого» и «второго» общества обычно прекращался. До следующего благотворительного мероприятия (то есть когда снова нужны были их деньги). А на аристократические мероприятия другого рода «второе» общество (за редким исключением) не приглашалось.

Баронесса Ханна Вечера (сестра трагически погибшей Мэри) - крайняя слева, на костюмированном благотворительном балу с группой других аристократок.

При кайзере Франце Иосифе (годы правления 1848-1916) аристократическая благотворительность приняла особенно большие масштабы. Недели не проходило, чтобы не устраивались какие-то благотворительные базары, пикники, чаепития, теннисные турниры, балы, концерты, вечеринки – где весь сбор/выручка/выигрыш отдавались на «добрые» цели.

Контесса Клотильда Менсдорфф с партнером по танцам на костюмированном балу на тему 18 века:


Например, во время проведения «праздника защиты детей», организованном княгиней Кински в Вене, был перекрыто движение на всей Рингштрассе, пропускались только экипажи участников. В многочисленных киосках продавались колбаски, сладости, выпечка. На импровизированных сценах разыгрывались театральные представления, где выступали приглашенные певцы и актеры. Молодые контессы ходили в толпе с жестяными кружками и собирали пожертования. Весь сбор от продажи, а также собранные пожертвования шли на нужды детских домов, школ, больниц.

Аристократки на благотворительном базаре:


Особенно были популярны благотворительные «тематические» балы в домах аристократов. Заранее объявлялось, что бал посвящен какой-то определенной теме – это могла быть историческая эпоха ( средневековье, античность, «галантный» 18 век и др), литературные герои, народный стиль и так далее. Все гости должны были прийти в соответствующих костюмах, а также заплатить за вход и за предлагаемые (по завышенным ценам) напитки и закуски. Весь сбор шел на благотворительные нужды. А аристократки имели лишний повод показаться на людях, поразвлечься и блеснуть нарядами.

Поистине легендарными были благотворительные мероприятия княгини Паулины Меттерних, они представляли собой настоящие театрализованные шоу, и княгиня часто сама играла в них главные роли... Некоторые считали ее поведение неподобающим для аристократки, другие завидовали ее популярности и влиянию. Но именно благодаря ее неординарной гиперактивной натуре посетители толпами шли валили на организованные ею увлекательные мероприятия.

Паулина Меттерних в историческом костюме
Sandor von Slavnicza, Pauline Grдfin

Sandor von Slavnicza, Pauline Gfn [1836-1921]

Она была чемпионкой (причем с большим отрывом от остальных) среди аристократов по сбору пожертвований, средства от которых шли не только на нужды бедных, но и на поддержку молодых талантов, которым она благоволила. Княгиня Паулина без устали писала своим красивым витиеватым почерком «письма-прошения» (как она их называла) с просьбой пожертовать такую-то сумму и рассылала их всем известным ей богачам. Никто не осмеливался отказать ей, так как она была весьма влиятельна и задавала тон в венском обществе. Секретом ее первенства по сбору средств был тот факт, что она, как говорила ее подруга, «поймала на крючок самый большой кошелек империи – кошелек семьи Ротшильдов». Дружба с Ротшильдами несла обоюдную выгоду – княгиня Меттерних с мужем помогали Ротшильдам добиться признания в закрытом для них аристократическом обществе, а те в свою очередь оказывали финансовую поддержку их социальным проектам. Хотя Ротшильды спонсировали не только их благотворительные проекты...Семья Меттерних лично в свой карман поимела от Ротшильдов досточно - еще в начале 19-го века дед Паулины, знаменитый канцлер Меттерних посодействовал Ротшильдам в получении от кайзера баронского титула, но приблизить их ко двору и к аристократам  смогла только Паулина и ее муж Рихард в 80-е годы 19-го века.

барон Натаниэль Ротшильд:


Известен забавный случай с княгиней Меттерних...Один состоятельный банкир из Штирии в ответ гонцу с «письмом-прошением» от княгини Паулины ответил - мне мол денег для солдатского госпиталя совсем не жалко, только при условии, что княгиня лично явится ко мне и попросит, тогда мне и пять, да хоть десять тысяч гульденов не жалко...Через несколько дней, поздно вечером, его, уже уснувшего, разбудил взволнованный камердинер...Такое бесцеремонное поведение слуги страшно разгневало банкира, вырванного из сладких объятий морфея...Но услышав, что прибыла какая-то княгиня и буквально рвется срочно с ним поговорить, он вскочил с кровати и стал сам натягивать брюки, не дожидаясь помощи слуги...И пришлось ему пожертововать обещанную сумму в пользу госпиталя, потому что княгиня Меттерних выполнила его условие и явилась лично, преодолев на повозке пару сотен километров по горам и каменистым дорогам (автобанов ведь еще не было).

Паулина Меттерних - гранд-дама парижских и венских салонов. В свою бытность в Париже, где ее муж был австрийским послом, она являлась хозяйкой популярного салона и одной из законодательницей мод. Она называла себя "самой модной обезьяной Парижа" (в главе о балах будет речь об этом). Потом после возвращения на Родину она и в Вене на протяжении десятилетий задавала тон.

Не могу умолчать об одной удивительной истории, связанной с княгиней Паулиной...Нет, даже не история, а легенда, обросшая сами неворятными слухами, поэтому уже не узнать, где правда, а где выдумка...Якобы дело было так...В 1892 году между княгиней Меттерних и графиней Килмансегг состоялась дуэль(!) на шпагах. Одной из секунданток была баронесса Любински, врач по образованию (что было редкостью в те времена у женщин вообще, а тем более из высших кругов). Победила княгиня Меттерних, ее соперница была легко ранена. Поводом для дуэли послужило якобы разногласие женщин по поводу декораций на сцене театра. Повторяю – «никто ничего толком не знает», до нас дошли одни сплетни...
Художники изощрялись, фантазируя, как могла выглядеть эта «эмансипированная дуэль» аристократок и изображали обеих женщин обнаженными до пояса.


Если честно, у меня большие сомнения, что все было именно так, и что княгиня Паулина, едва похоронив среднюю дочку, вздумала в свои 56 лет топлесс сражаться на шпагах. Даже принимая во внимание ее эксцентричность, трудно в это поверить...Возможно, это была часть какого-то необычного театрализованного шоу, и обе женщины были одеты, а бульварные газеты приврали?
Мы еще будем возвращаться к княгине Меттерних в следующих топиках – она была яркой личностью и много где оставила свой «след».

1885 год - аристократка в костюме с бабочками:


Очень популярны в среде аристократов в 19 веке были так называемые «Живые картины» (tableaux vivant) - ныне практически забытый жанр сценического искусства. Это составленные из живых людей сцены, изображающие какие-то картины или сюжеты из истории или литературы. За закрытым занавесом одетые в костюмы участники занимали свои места, принимали заранее заученные позы – и занавес открывался. В зале раздавались восторженные восклицания и аплодисменты. Примерно на минуту участники «картины» замирали, позволяя любоваться собой, затем занавес закрывался, и группа сменялась другой.

«Живая картина» с группой аристократов, изображающих царство Нептуна


«Живые картины» были верхом расточительности. Чтобы покрасоваться всего одну (!) минуту перед зрителями, шились дорогие наряды, которые из-за своей экстравагантности больше никогда не надевались. Затем вся группа ехала в фотоателье, чтобы запечатлеть этот момент для семейных альбомов.
Некогда необычайно популярный жанр «живых картин» практически исчез после изобретения радио и кино. Отголоски этого жанра можно сейчас встретить на пешеходных улицах в посещаемых туристами городах, когда уличные актеры в костюмах «застывают» в каких-то позах.

1865 год - "живая картина", посвященная последним дням Марии Антуанетты в заточении:


«Живая картина» на венгерскую тему на благотворительном вечере. Слева направо – баронесса Вечера (мать Мэри Вечера), граф Сечени, графиня Шенборн, князь Таксис, граф Эрдёдь, граф Берхтольд, графиня Ст.-Жюльен, маркиз де Бальбе, граф Кински.


Часто целый благотворительный вечер был посвящен таким «живым картинам». Плата за вход на вечер и являлась пожертвованием.

Рассматривая многочисленные фото в старых семейных альбомах аристократов, невольно задаешься вопросом: а насколько имели смысл эти мероприятия под маской благотворительности ? Ведь стоимость костюмов и платьев, заказанных специально для этого вечера или бала, во много раз превышала сумму пожертвования. Не честнее ли было отдать всю сумму на нужды бедных? Честнее - возможно, но многим аристократкам было важно лишний раз себя показать и на других посмотреть.

1879 год - графиня Палффи в костюме на тематическом балу:


К началу 20-го века в Австро-Венгрии образовался целый «благотворительный бизнес », и считалось дурным тоном отклонить приглашение на такого рода мероприятие и «не поделиться с бедными». Многих это раздражало... Принц Рудольф Лихтенштайн, который вовсе не был скуп и часто жертвовал на различные цели, называл это «благотворительным шантажом». Однажды когда он приехал на благотворительный ужин в отеле «Бристоль», он заметил, что за тот же самый ужин, за который в обычном ресторане платят 4 гульдена, здесь стоит 10 гульденов – и все только для того, чтобы некая графиня, организовавшая этот ужин, имела повод в очередной раз прослыть милосердной благодетельницей бедных. И что честнее было бы отдать эти 10 гульденов напрямую какому-нибудь приюту.

1886 год - графиня Чернин в костюме весны и графиня Вильчек, урожденная Кински, в костюме цветочницы:


На благотворительные мероприятия приглашались журналисты «Салонного листка» - бульварного издания, которое публиковало главным образом репортажи из жизни «сливок общества». Издание рассказывало своим читателям о состоявшемся благотворительном мероприятии, о том, какие известные особы на нем присутствовали, какие костюмы и платья на них были. Каждая аристократка жаждала быть упомянутой в газете, ну а самой заветной мечтой было увидеть свое фото и прочесть описание своего наряда, как самого модного или экстравагантного на вечере. То есть далеко не самой последней целью таких мероприятий было желание выделиться среди других.

Благотворительные мероприятия были чуть ли не единственными случаями, где женщины аристократки сталкивались с мужчинами неаристократами – финансистами, банкирами, художниками, поэтами...Ими овладевали смешанные чувства - смесь любопытства и страха, как бы не перейти границу дозволенного и не скомпрометировать себя. И чем «необычнее» и скандальнее был мужчина, тем осторожнее надо было себя вести. Как, например, в уже упомянутом мною случае (в прошлой части ), когда княгиня Меттерних пригласила к себе исполнителя народных венских куплетов, и от текстов его песен замужние дамы попадали в обморок, а молодые контессы даже не поняли смысла.

Граф Цихи и графиня Эстерхази (не могу идентифицировать тематику костюмов)
Lajos Graf Zichy und Helene Grдfin Esterhбzy

Широкомасштабные благотворительные мероприятия второй половины 19 века сильно изменили общественную жизнь аристократии габсбургской монархии. Они имели мало что общего с аристократической благотворительностью прежних времен. Теперь в моде было – больше, громче, шикарнее, сенсационнее! ! !

Но не всем среди аристократам была по душе эта расточительность и пускание пыли в глаза. Некоторые аристократки, особенно из числа влиятельных, могли себе позволить критиковать и осуждать эту «балаганную» благотворительность - и при этом не забывать о бедных. Княгиня Мари Гогенлоге-Шиллингсфюрст ( кто помнит - хозяйка самого интеллектуального салона Вены) не устраивала у себя благотворительных балов и базаров, а также сама их никогда не посещала. Зато она открыла в своем венском дворце суповую кухню, где каждый день несколько сотен детей и больных из бедных семей близлежащего второго района получали горячее питание.

1888 год- графиня Бургуэн в костюме охотницы Дианы и контесса Ревертера в костюме ангела:


Княгиня Ида Фюрстенерг ( тоже очень влиятельная женщина) тоже критиковала благотворительную показуху, она почти никогда не наведывалась в в Вену, а заботилась в своем поместье о детях окрестных деревень.

Насколько благотворительность аристократов действительно помогала бороться с бедностью, трудно ответить, так как отсутствуют какие-либо бухалтерские документы. Навряд ли пожертвования отдельных людей могли изменить тяжелое положение миллионов бедняков в империи. Здесь нужны были структурные и законодательные изменения на государственном уровне.

1885 год - графиня Мирбах в интересном головном уборе:


Наверняка для немалого числа аристократок благотворительные мероприятия были не более, чем новое веяние моды, и главным приоритетом было не благо детишек из неимущих семей, а собственные тщеславные интересы.

И все же в отдельных случаях реальная помощь и размеры аристократических пожертвований были ощутимы. Благодаря пожертвованиям, собранным вышеупомянутой княгиней Паулиной Меттерних в Вене в 1872 году была открыта поликлиника, где неимущие могли получить бесплатное лечение.
Противотурберкулезный санаторий в Алланде под Веной, где могли лечиться рабочие, тоже был открыт в 90-е годы 19 века на средства состоятельных людей.

Княгиня Паулина и ее друг Ротшильд также финансово поддерживали общество по онкологическим исследованиям.

Когда в 1892 году в 34-летнем возрасте от рака груди умерла Беттина Ротшильд, оставив семерых малолетних детей, безутешный вдовец, барон Альберт Ротшильд , пожертовал МИЛЛИОН гульденов на онкологические исследования. По тем временам это была огромная  сумма! Для сравнения – строительство приюта в те времена обходилось в примерно 50 тыс гульденов, жалованье фрейлины Ее Величества составляло 5 тыс гульденов в год, а жалованье обергофмейстера (самая высокая должность при дворе) - около 10 тыс гульденов в год. Человек с состоянием в 300 тысяч гульденов считался очень богатым.

Барон Альберт Ротшильд с женой Беттиной


На средства барона Натаниеля Ротшильда, брата Альберта, в Вене в 1900 году был открыта психиатрическая клиника Розенхюгель, которая и сейчас называется полностью «имени барона Ротшильда».
Семья Ротшильдов, не придерживающаяся строго религии предков и получившая от кайзера в начале 19 века баронский титул, по старинной традиции по-прежнему руководствовалась «цдакой» - одной из главных заповедей иудейства, повелевающей отдавать часть своих доходов в пользу бедных.
Некоторые аристократы не собирали пожертвования, а сами из собственных средств финансировали социальные проекты. Князь Винцент Ауэрсперг, например, переоборудовал одно крыло своего имения Жлебы в больницу, в котором лечились крестьяне из открестностей.

Вопрос в том - насколько аристократки, живущие в своем закрытом мирке, были осведомлены о масштабах социальной несправедливости в империи с 55-миллионным населением? Знали ли они, сколько подростков, почти детей, работало на кирпичных фабриках Вены во вредных для здоровья условиях? Знали ли они, что такое заниматься тяжелой физической работой по 12-14 часов в день? Знали ли они, что стоимость их бального платья, которое надевалось всего один раз, равнялась годовому заработку рабочего?

1884 год - графиня Кеттелер-Шафготч в костюме снежинки:


Но одно все же можно сказать в их защиту. Со времен начала индустриализации мало какой аристократ так эксплуатировал своих работников, как это делали владельцы заводов и фабрик.

Увеличение прибыли путем выжимания всех «соков» из пролетариата противоречило христианскому принципу любви к ближнему, которым руководствовались аристократы. И хотя они рассматривали социальное неравенство, как нечто вполне естественное, большинство чувствовало моральную отвественность за работающих у них людей. Рабочие места в аристократических поместьях и предприятиях, например, на конных заводах, пользовались огромным спросом и попасть туда было весьма непросто (оттуда почти никто не увольнялся). Не из-за жалованья (оно было самым обычным), а из-за социальной поддержки, также в старости.
Не случайно идеи рабочих движений, профсоюзов и левых партий не находили никакого понимания у персонала аристократов, зато они находили массу приверженцев на заводах и фабриках. И именно оттуда начался позже «сдвиг» в сторону социальных реформ. Кому интересно - моя статья про эпоху «Красной Вены».

Сестры Вечера на костюмированном благотворительном балу - Ханна в костюме жительницы Линца, Мэри в костюме словачки:


В следующей части речь пойдет о том, чем аристократы занимались в разное время года, а также об аристократическом театре.


В следующей части речь пойдет о том, чем аристократы занимались в разное время года, а также об аристократическом театре.
После этой серии я начну серию (с фото 19 века) о старых традиционных женских профессиях. Но в своем ЖЖ. Но и для этого сообщества есть идеи на будущее.
Tags: Австро-Венгрия, Аристократы, Габсбурги
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 31 comments