joeck_12 (joeck_12) wrote in ru_royalty,
joeck_12
joeck_12
ru_royalty

Жизнь аристократки в Австро-Венгрии. Часть 4.

Все части читайте здесь или нажав на тэги "Габсбурги" или "Австро-Венгрия".

В этой ЧЕТВЕРТОЙ части речь пойдет о женщинах, которые своим образом жизни (вольно или невольно) не вписывались в рамки предусмотренной обществом для женщины традиционной роли – роли жены, матери и хозяйки дома.

Это прежде всего не нашедшие себе пары аристократки. А также женщины - первые ласточки - с независимым образом жизни и овладевшие профессией.

1865 год - три графини Митровски


Итак незамужние...Если девушка оставалась незамужем, для нее и ее семьи это означало горькое разочарование. Остаться незамужней в аристократической среде 19 века означало быть неудачницей, объектом жалости. Женщина в глазах общества могла состояться только «при муже», только в этом случае ее мнение имело какой-то вес.

Почему же так случалось?




Если контесса не отличалась особыми внешними данными (или на худой конец хотя бы девичьим очарованием ), не имела большого приданого, да к тому же, как назло, пару сезонов подряд выбор женихов на брачном «рынке» был небогатым, а наплыв привлекательных соперниц велик, то могло случиться, что она оставалась «лишней»....Самым неблагоприятным было фатальное сочетание всех названных факторов одновременно....

Для девушки, все воспитание которой с колыбели концентрировалось на том, чтобы стать матерью и женой, это был самый страшный жизненный сценарий. Многим с высоты 21 века подумается, господи, ну не вышла замуж, что же тут такого страшного?  Это сейчас, да, ничего страшного...А в 19 веке считалось, что порядочная незамужняя женщина не может вести независимый образ жизни и сама о себе заботиться, так как у нее нет жизненного опыта. Поэтому ей полагалось до конца жизни подчиняться родителям или главе семьи. Также вплоть до рубежа 19/20 веков для женщины-аристократки считалось моветоном получать образование (вне дома) и иметь профессию. Да и вообще женщина всех слоев была самым слабым и зависимым «звеном» общества.

60-е годы 19-го века. Княгиня Элизабет Клари-Алдринген с дочерью.


«Листая» генеалогические каталоги или википедию, бросается в глаза, что действительно какой-то небольшой процент аристократок составляли не вышедшие замуж женщины. Но причины незамужства в таких сухих документальных источниках почти никогда не указываются...Возможно, девушка была с физическим изъяном, а возможно, слишком бедна или недостаточно привлекательна. Или все вместе взятое... Например, старшая сестра упомянутой уже красавицы Аглаи Ауэрсперг Эрнестина умерла в 73 года незамужней. Или старшая сестра известной нам Софи Хотек Сидония постриглась в монахини и прожила в монастыре до смерти в 85 лет....

К разочарованию, стыду и сочувствию примешивалось еще и чувство досады со стороны семьи, что все расходы на наряды, экипажи и пр. были напрасны... Дочь оказалась "неконкурентноспособной" на брачном "рынке".

Самым печальным было то, что на такой случай не было никакого «запасного варианта», никакого «плана Б». Все воспитание девушки-аристократки было направлено на одну-единственную конечную цель: замужество. И что толку было теперь от прибретенного навыка вести хозяйство и финансы семьи, если своей семьи не будет? Какой смысл теперь от умения вести светские беседы, если не нашелся мужчина, способный оценить это? И что теперь делать, если тебе с детства внушали, что дети - смысл жизни женщины, а детей у тебя никогда не будет?

Графиня Каролина Ламберг:


Наличие в семье немолодой незамужней дочери представляло для семьи некоторые неудобства. Такая дочь невольно демонстрировала обратную сторону воспитания аристократических дочерей. Если молоденькой девушке невинность и наивность придавали некую прелесть и были даже желательны, то у «зрелой» девушки эти черты с возрастом часто производили гротескный эффект. Невинная и неопытная 40-50-летняя «девушка» - что может быть комичнее и ...печальнее?

Очень метко об этой проблеме 19-го века уже в 20 веке написал австрийский писатель Стефан Цвейг в своем романе "Вчерашний мир" (правда, его слова не только к аристократкам относятся):

«....условность безжалостно требовала и от тридцатилетней девицы, чтобы она во имя семьи и морали свято блюла это состояние неискушенности, бесстрастности и простодушия, которые давно уже не соответствовали ее возрасту. Но тогда хрупкий образ трансформировался в резкую и жестокую карикатуру. Незамужняя девушка становилась "засидевшейся" девицей, засидевшаяся девица - "старой девой", над которой изощрялись в пошлых насмешках юмористические журналы. Кто сегодня откроет старый выпуск какого-либо тогдашнего юмористического издания, тот с ужасом обнаружит в каждом номере самые глупые издевки над стареющими девицами, которые, с расстроенными нервами, все же не знают, как скрыть свою естественную потребность в любви. Вместо того чтобы признать трагедию этих жертв общества, которые ради семьи и своей репутации должны были подавлять в себе естественные стремления к любви и материнству, над ними издевались с непониманием, которое в нас ныне вызывает лишь чувство гадливости....»

1885 год. Члены семей Хорински и Трауттмансдорфф:


Быть незамужней означало жить в полной зависимости от своей семьи. И мнение ее значило меньше мнения самой младшей замужней снохи. Семья относилась к ней с жалостью и снисходительностью. Каждый старался дать ей совет - "из самых добрых побуждений".
Большинство незамужних дочерей оставалось жить с родителями, скрашивая их будни на старости лет и ухаживая за ними. Постоянная опека со стороны родителей и проживание под одной крышей с ними сказывалось неблагоприятно на психике большинства «девиц» – они начинали преждевренно стариться, становились раздражительными и ворчливыми.

Иногда, если в родне умирала молодая замужняя женщина,  незамужние родственницы временно занимались  воспитанием и образованием детей - пока вдовец не приводил в дом новую хозяйку. Тогда "тетушки" (как вежливо называли незамужних родственниц) возвращались назад к родителям (или в семью брата) и продолжали вести одинокий образ жизни. А если вдовец не женился вновь, то случалось, что "тетушка" до конца жизни оставалась в доме родственника и заменяла его детям мать. Наверное, это была единственная жизненная сфера, где "тетушки" чувствовали себя полезными и могли хотя бы частично реализовать себя.

70-е годы 19-го века. Две аристократки.


Иногда незамужние "тетушки" настолько сильно привязывались к своим братьям, что становились поперек их личной жизни и буквально контролировали каждый их шаг. Каждая потенциальная кандидатка в жены брату рассматривалась как опасная конкурентка, посягающая на их собственность. Например, граф Эдуард Паар, генерал-адьютант при императоре, пожизненный холостяк, подвергался постоянному контролю со стороны своих незамужних сестер. Когда он, уже будучи в довольно зрелом возрасте, собрался со своей любовницей на курорт, один из друзей предостерег его в письме: "Принимая во внимание сестер, нахожу твое намерение весьма рискованным..."

АЛЬТЕРНАТИВЫ?

Для незамужних аристократок было только ДВЕ возможности избежать участи пожизненноой зависимости и контроля со стороны семьи, вести независимую жизнь и при этом не потерять репутацию порядочной женщины.

Первая возможность - служба при дворе. Вторая возможность - вступить в дамский штифт.

Служба при дворе.

Служить при дворе считалось большой честью  для аристократки. Материальное вознаграждение зависело от того, служит ли придворная дама у самой императрицы или у одной из эрцгерцогинь. Придворные дамы императрицы получали ежегодное жалованье около 5000 гульденов. К тому же они имели собственные апартаменты в каждом из дворцов, где останавливалась Ее Величество, надбавки на туалеты для балов и приемов, "суточные", личную прислугу, пенсию по старости, а также право пожизненного использования дворцового экипажа. Придворные дамы эрцгерцогинь получали меньшее жалованье, чем придворные дамы самой императрицы.

Тройка самых известных придворных дам Ее Величества императрицы Елизабет. Слева направо:
Ида Ференциграфиня Мария Фестетичграфиня Ирма Старай (вот тут я писала о каждой из них подробнее).



Как я уже упоминала в топике про саму Элизабет, все ее придворные дамы были венгерками (так ей хотелось). Все три вышеупомянутые дамы поступили на службу к императрице в возрасте около 30 лет (о причинах, почему они до этого не вышли замуж, остается только гадать). Все три остались незамужними и бездетными, хотя получали предложения о женихов. Надо полагать, более-менее добровольно остались. Хотя кто знает...Встречала информацию, что Элизабет якобы не «отпустила» Иду, когда та собралась замуж. А вот другая придворная дама графиня Шаролта Майлат, которую Элизабет тоже любила и посвятила ей стихи, «уволилась», вышла замуж и родила ребенка.

Кстати - при европейских дворах были и замужние придворные дамы. Незамужество вовсе не было обязательным критерием для должности придворной дамы. А вот что было строго обязательным это аристократическое происхождение, "порода". Ида Ференци была единственной из придворных дам императрицы Элизабет, кто не имел титула (она происходила из нетитулованного венгерского дворянства). И поэтому хотя она и была главной и самой любимой придворной дамой императрицы, но официально ее должность звалась "придворная чтица Ее Величества".

Быть придворной дамой для незамужней аристократки было однозначно лучшей долей, чем увядать дома под постоянной опекой родителей, а затем брата и его жены. Но "конкурс" на придворных дам был большой, спрос значительно превышал предложение. Больший шанс "устроиться" имели те, у кого близкий родственник уже служил при дворе и мог порекомендовать их. Незнакомых со стороны не брали.

Придворная дама вела относительно независимую жизнь, имела собственные финансы и  (что было особенно ценным!)  вращалась при дворе, могла без сопровождения посещать дворцовые приемы. При дворе всегда было много мужчин, из них немало неженатых....Как уже упоминалось, младшие сыновья из аристократических семей часто служили при дворе - для них тоже, как и для женщин, это было вариантом независимой жизни и финансового дохода. И порой случалось, что та или иная придворная дама находила при дворе своего суженого...

Императрица Элизабет со своей любимой придворной дамой чтицей Идой Ференци:


Самый громкий и даже вошедший в историю случай, когда придворная дама нашла себе мужа при дворе это, конечно, история графини Софи Хотек, которая в 1900 году в возрасте 32 лет вышла замуж за наследника престола Австро-Венгрии эрцгерцога Франца Фердинанда (вот здесь их дополненная новыми фото история). Графиня Хотек происходила из очень старинного и знатного рода, но семья была небогата, родители рано умерли, и Софи вынуждена была зарабатывать на жизнь в качестве придворной дамы у эрцгерцогини Изабеллы. Хотя, надо признать, служба у эргцерцогини была не сахар - она "славилась" своим крутым нравом и тяжелым характером. Но, видимо, Софи посчитала это лучшим выходом, чем судьба монашки (как у ее старшей сестры Сидонии) или участь приживалки в доме брата... И результат - Софи сделала самую лучшую партию во всей Австро-Венгерской империи! Разве она бы познакомилась с Францем Фердинандом, сидя дома? Навряд ли...Хотя наверняка дольше прожила бы, потому что не поехала бы в Сараево  в 1914 году...

Софи Хотек в молодые годы. На групповом фото со своей госпожой эрцегерцогиней Изабеллой и ее дочками Софи крайняя справа - видно, что роста она была довольно высокого. Помимо отсутствия приданого этот "изъян" еще больше умалял ее шансы на замужество.



Кроме должности придворных дам при дворе существовали и другие должности для дам-аристократок - (обер) гофмейстерины, камер-девицы, ведающие гардеробом Ее Величества и т.д...Но как уже упоминалось - не только незамужние, но и замужние аристократки могли занимать эти должности.

Штифты ("мирские" монастыри)

Второй возможностью достойной и независимой жизни для незамужней аристократки были штифты ("лайт"-версия монастыря). Эти учреждения были основаны еще в средневековье и в отличие от монастырей служили местом куда "помещали" исключительно девиц благородного просхождения (в обычный монастырь брали независимо от происхождения). Обычно дамские штифты основывали аристократы или члены императорской семьи - и жертвовали средства на них. Например, императрица Мария Терезия в 18 веке основала штифты для двух своих дочек, которые вследствие физических изъянов не имели шанса на замужество (одна имела горб после болезни позвоночника, в другая - обезображенное оспой лицо). И назначила их настоятельницами штифтов.

Эрцгерцогиня Мария Элизабет, дочь императрицы Марии Терезии, настоятельница дамского штифта в Иннсбруке. Которая оспу перенесла.

Не спрашивайте - не знаю, почему на ней так много бантиков. Но орден штифта - опознавательный знак -  на груди виден.

В штифтах благородные девицы вели уединенный (но в то же время достойный их высокого положения) образ жизни. На территории штифта у них была небольшая квартирка с личной прислугой. Кроме молитв и медитаций они также занимались социальными проектами. В отличие от монахинь в монастыре от них не требовалось принимать постриг и обет безбрачия. Они жили по правилам своего "мирского" ордена. Их одежда должна была быть темных тонов (желательно черного), и на видном месте на одежде нужно было носить символ ордена, к которому они принадлежали. Допускались скромные украшения. Девицы в штифте не обязаны были жить в полной изоляции от внешнего мира. Им разрешалось наносить визиты родным, выезжать на прогулки, посещать аристократические или дворцовые мероприятия или даже оперу (но тоже скромно одетыми и обязательно с "опознавательными" символами в виде ордена). Они в отличие от монахинь могли также располагать собственными средствами.

Ниже - портреты незамужних дам из аристократических штифтов разных времен в Германии и Австрии. Я поискала информацию - в Германии штифтов для незамужних аристократок было не меньше, а может, даже больше, чем в габсбургской империи. Поэтому прошу прощения, что я взяла пару фото ниже из немецких источников, слегка отклонившись от темы Австро-Венгрия. Были и католические штифты, и евангелические... В Австрии штифты, как учреждения для аристократок, были распущены или преобразованы в монастыри в 1918 году вместе с отменой привилегий для аристократов и отменой титулов. В Германии аристократки жили в штифтах вплоть до 60-70х годов 20-го века, но там уже одни старушки оставались. Сейчас штифты являются или обычными монастырями, или просто памятниками архитектуры.





Как видно, одежда благородных дам из штифов существенно отличалась от одежды монахинь. Им даже волосы не обязательно надо было покрывать. Главное - нужно было их орден носить на груди (на ленточке или без).

В штифт принимались девицы только с безупречным аристократическим происхождением. И второе условие - для вступления в штифт необходо было иметь хотя бы небольшой капитал.  Капитал всех членов штифта складывался, и из него девицам выплачивались ежегодные апанажи. И чтобы общий капитал не уменьшался из года в год, от "новеньких" требовался капитал.

Штифты были не только местом проживания благородных "лишних" девиц и альтернативой браку. Иногда они были также промежуточной ступенью перед вступлением в настоящий монастырь. Благородная девица могла в любое время покинуть штифт - например, выйти замуж (если такая возможность появлялась). Она могла также принять постриг и стать монахиней в "настоящем" монастыре.

Сестра Мария, в миру - графиня Дрозте цу Вишеринг:

Одежда сестер из монастырей, как видно, сильно отличалась от одежды девиц из штифтов. Принимая постриг, полагалось отказываться от титула и называться "сестрой".

1865 год - настоятельница штифта для аристократок в мантии из горностая.


Выходило, что для поступления на службу при дворе нужны были знакомства, для вступления в штифт - хоть немного денег. Именно по этой причине большинство незамужних оставалось до конца своих дней в родительском доме.


А теперь мне хочется кратко рассказать о двух известных женщинах-аристократках, которые стали известными не потому что они  были женами или дочками известных мужчин, а благодаря своей неординарости, талантам и личным качествам.

Мария баронесса фон Эбнер-Эшенбах, в девичестве графиня Дубски (1830-1916) - писательница

Отец и мачеха Марии (мать умерла) рано заметили у девочки талант к писательству и тягу к технике и всячески поощряли эти занятия. Такие педагогически прогрессивно настроенные родители были редкостью в те годы, обычно девочке не полагалось отвлекаться от подготовки к ее основной жизненной задаче – быть женой и матерью. Как-то раз 11-летней Марии поручили разобрать и систематизировать библиотеку умершей бабушки. И девочка просто забыла про все на свете, на долгие месяцы углубившись в книги, содержание которых никто не контролировал. Она также очень интересовалась техникой и в особенности часовыми механизмами.

В 18 лет Мария вышла замуж за барона фон Эбнер-Эшенбаха, который был старше ее на 15 лет. Муж, по тем временам образованный человек - профессор венской инженерной академии – относился с большим пониманием и уважением к талантам жены.

Мария в молодости и спустя годы с мужем (брак был бездетным):


Что заставило отца Марии позволить дочери-графине выйти замуж за барона, человека титулом ниже ее? К тому же она была еще очень молода и (судя по портретам) весьма привлекательна. Трудно сказать.... Возможно, любящий дальновидный отец знал, что девушке с такими широкими духовными запросами и талантами лучше всего подойдет  образованный муж, который не ограничит ее свободы и увлечений.

Вскоре молодежены переехали в Вену, где Мария выучилась на часовщика(!) - очень необычное увлечение для женщины-аристократки! Ее коллекция часов находится сейчас в музее часов Вены. Но с годами она отдала предпочтение писательскому труду. Она почти не участвовала в аристократической жизни общества, всецело посвятив себя любимому занятию.....Успех к ней пришел в сорокалетнем возрасте с повестью «Часовщица Лотти».
По ее новеллам ставились пьесы – в Берлине, Мюнхене, Вене... Наиболее известным ее произведением является психологический роман «Мирское дитя» (1887). Она была первой женщиной почетным доктором венского университета.

Со временем Мария стала настолько известной, что ее 70-ый и 80-ый дни рождения широко отмечались в немецкой и австрийской прессе.


Баронесса Берта фон Зуттнер, в девичестве графиня Кински (1843 – 1914) – писательница, деятель международного пацифистского движения, первая женщина-лауреат Нобелевской премии мира.

Казалось бы, если девочка родилась в Праге, во дворце знаменитой семьи Кински, то ее жизненный путь устлан розами с рождения...Но это не совсем так...
Графиня Берта Кински родилась через месяц после того, как умер ее 75-летний отец граф Кински, генерал в отставке, который был «всего лишь» младшим сыном в семье. Мать, на 50(!) лет моложе мужа, осталась одна с двумя малыми детьми на руках. Вдова с детьми имела право только на пожизненный апанаж от семьи мужа.

Юная Берта очень страдала, что ее с матерью не допускали ко двору (так как не было по 8 «благородных» предков с каждой стороны). Со стороны отца у нее все предки были самые что ни на есть благородные, а вот мать была увы из нетитулованных дворян (из простых «фон»)....Представляете, какое унижение для молодой привлекательной девушки – твои кузины приглашаются ко двору, а ты породой не вышла...

Берта Кински в свою бытность контессой и Берта фон Зуттнер на фото 1906 года - какой мы ее знаем по изображению на монете достоинством 2 евро и на старых шиллинговых банкнотах.



Она была в молодости весьма недурна собой, правда? Она была три раза помолвлена, но только третья помолвка завершилась венчанием.

Юность Берта провела в Париже, Баден-Бадене, Венеции – где ее мать-вдова проматывала в казино остатки небольшого состояния покойного мужа, а также наследство, полученное после смерти опекуна. Девочка в совершенстве овладела французским и английским, познакомилась с интересными людьми из самых различных кругов. В отличие от своих сверстниц-аристократок она росла в атмосфере, полной ярких событий, незабываемых знакомств и впечатлений. Она рано стала писать и интересоваться происходящими в мировой политике событиями.

(очень трудно вместить в пару абзацев жизнеописание Берты, о которой написано множество биографических книг. На нее нужен отдельный топик, у нее столько интересных фактов в жизни, также связанных с Россией. Но попробую покороче.)

Берту с ее деятельной натурой не устраивало провести остаток жизни возле стареющей матери (хотя она ее очень любила!) - пожизненный апанаж со стороны родни Кински был им обеспечен. Она пробовала начать карьеру певицы (у нее, как и у матери было замечательное сопрано), но эта попытка не увенчалась успехом....Тогда она в 30-летнем возрасте пошла в гувернантки  - что для аристократки считалось не очень почетным, ведь гувернантка по иерархии в доме стояла чуть выше прислуги. В гувернантки шли обычно обедневшие дочери мещан или мелких дворян, но не дочери аристократов!  И в доме своего работодателя барона Зуттнера Берта  встретила своего суженого - младшего сына семьи, который был младшее ее на 7 лет.  И 33-летняя Берта, урожденная графиня Кински, вышла замуж за молодого барона Артура фон Зуттнера, то есть «понизила» свой статус в замужестве. Уже это дало пищу для пересудов...Да еще к ужасу всего «высшего общества» стала заниматься мужским делом – политикой и писательством.

Популярность Берте принесла вышедшая в 1889 году книга «Долой оружие!» («Die Waffen nieder!») – горячий женский протест против войны и нарастающего в Европе милитаризма. Лев Толстой сравнивал влияние этого романа с воздействием знаменитой книги Г. Бичер-Стоу «Хижина дяди Тома». Из-под ее пера вышли также психологические романы и повести.

Берта была одним из организаторов Гаагской конференции мира. Считается, что личная дружба Альфреда Нобеля с нею побудила его учредить Нобелевскую премию мира. Неутомимый борец за мир, Берта за свою жизнь встретилась практически со всеми монархами и главами государств – не только в Европе, но и в Северной Америке...Большие надежды она возлагала на российскоего императора Николая Второго, считая, что именно он способен и должен стать главным миротворцем в Европе. Берта не была социал-демократкой или коммунисткой, а их принцип "классовой борьбы" считала неверным и опасным.

По результатам опроса популярной газеты «Берлинер Тагеблатт» в 1903 Берта фон Зуттнер была признана самой влиятельной женщиной современности. Она «обогнала» по рейтингу даже популярную в те времена актрису Сару Бернар, а также вышеупомянутую Марию Эбнер-Эшенбах.

Позже, в 60х годах 20-го столетия тогдашний глава семьи Кински назовет Берту «самым выдающимся представителем дома Кински». Эти слова порадовали бы Берту больше, чем полученная Нобелевская премия. Слишком глубоки были раны, нанесенные в юности, от сознания своей "неполноценности" и второсортности среди аристократов.

В 1913 году на международном конгрессе мира в Гааге Берте был присвоен неофициальный титул «генералиссимуса» пацифистского движения. Но сама мистика в том, что через несколько недель после того, как Берта фон Зутнер скончалась в Вене в  1914 году, началась первая мировая война.

.....................................
В следующей части речь пойдет о беременности, родах, болезнях и ударах судьбы в жизни женщин-аристократок Австро-Венгрии.
Tags: Австро-Венгрия, Аристократы, Габсбурги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 56 comments