YA (khalivopuloy) wrote in ru_royalty,
YA
khalivopuloy
ru_royalty

Category:

Сериал "Корона". Как бы, отзыв (часть вторая)


Первая часть тут
В начале четвертой серии нам показывают страдающую от разрыва с Питером принцессу Маргарет.
На свадьбе знакомых ей делает предложение близкий друг Билли Уоллес, который был давно в нее влюблен. Маргарет соглашается.

Но помолвку объявить не успели, так как друг оказался бабником.
Такая история действительно имела место быть.
Билли Уоллес входил в круг близких друзей принцессы, который назвали The Margaret Set. Билли был сыном министра транспорта Британии Юана Уоллеса и, как утверждается, получил огромное наследство.
После того, как Маргарет рассталась с Питером Таунсендом, она и Билли стали довольно близки. И Билли предложил ей пожениться. Он был настойчив и Маргарет согласилась, аргументируя это тем, что "лучше выйти за кого-то, кто симпатичен".
Получив согласие, Билли отправился на Багамы, где закрутил роман с местной девушкой.
Говорят, он был настолько уверен в том, что помолвку не разорвут, что сам доложил о своей неверности Маргарет.
Но Билли ошибся, Маргарет указала ему на дверь.
В 1965 году Билли женился на дочери лорда Inchyra Элизабет, Маргарет была среди гостей.
Маргарет и Билли в январе 1957 года



Свадьба Билли

В январе 1957 года после отставки Энтони Идена правительство возглавил Гарольд Макмиллан.

Гарольд Макмаллан, граф Стоктонский — британский политический деятель, аристократ, член Консервативной партии Великобритании, 65-й премьер-министр Великобритании (с 1957 по 1963 годы). Владелец одноименного издательства.
Родился 10 февраля 1894 в Челси (Лондон) в семье представителя английского среднего класса, издателя Мауриса Кроуфорда Макмиллана, одного из родоначальников знаменитого британского издательского дома «Макмиллан пресс». Большую роль в его начальном образовании сыграла мать, Хелен Арти, которая готовила его к большой карьере и выучила французскому языку – знанию, которое по оценке самого Макмиллана, особенно пригодилось ему в 1960–1963 при общении тет-а-тет с премьер-министром Франции Шарлем де Голлем.
Как и полагалось перспективному молодому человеку своего времени, он учился сперва в престижной школе в Оксфорде, затем в колледже в Итоне, но без особого энтузиазма. Лишь в Бейллиол-колледже Оксфордского университета он по-настоящему раскрылся как талантливый и активный студент.
Депутат Палаты общин с 1924 года. В 1945 году — министр авиации (в кабинете Черчилля), в 1954—1955 годах — министр обороны, в 1955 году — иностранных дел, в 1955—1957 годах — канцлер казначейства. После отставки сэра Энтони Идена избран лидером Консервативной партии и автоматически назначен королевой на премьерский пост.
На этом посту внёс вклад в борьбе за ядерную безопасность Великобритании и ядерное разоружение; он заключил с США договор о доступе Британии к американским ядерным ракетам и участвовал в разработке договора с США и СССР о частичном запрете испытаний (1963; первая попытка в 1960 году не удалась из-за полёта Гэри Пауэрса). За это Шарль де Голль наложил вето на принятие Великобритании в Европейское экономическое сообщество, так как боялся проникновения американского ядерного оружия в Европу.
В период его пребывания на посту Премьер-министра в стране наблюдался мощный экономический рост; в 1959 году консерваторы добились значительного большинства в Палате общин, и Макмиллан произнёс знаменитую фразу, обращаясь к избирателям: так хорошо вам ещё не бывало!
В 1960 году Макмиллан отправился с официальным визитом в Африку, посетил Гану, Нигерию и Родезию. А выступая 3 февраля 1960 года в Кейптауне, говоря о деколонизации, объявил, что «над этим континентом веет „ветер перемен“. И Великобритания вынуждена с этим считаться». После этого, в 1960 году, большинство африканских колоний получили независимость, поэтому этот год в литературе принято называть «годом Африки».
Известен был жёстким стилем руководства, впоследствии перенятым Маргарет Тэтчер; в 1962 году поменял весь свой кабинет (так называемая британская «Ночь длинных ножей»).
Положение кабинета было сильно омрачено делом Профьюмо; но за год до поражения консерваторов на выборах Макмиллан ушёл в отставку, так как ему был поставлен диагноз рак простаты в необратимой стадии. Однако диагноз оказался ошибочным, и он прожил после того ещё 23 года.
В 1984 году Макмиллану было пожаловано наследственное пэрство и графский титул, наследником которого стал его старший сын Морис, также известный политик, однако спустя всего месяц сын скончался. После смерти Гарольда Макмиллана в 1986 году 2-м графом Стоктонским и пэром сделался его внук Александр.
В 1920 году он женился на дочери 9 -го герцога Девонширского Дороти Кавендиш.
Их пышная и дорогая свадьба состоялась 21 апреля в церкви Святой Маргариты. На ней присутствовали члены королевской семьи, высшая аристократия, деятели искусства и литературы. Свадьба стала началом традиционного лондонского сезона для аристократов.

свадьба

Родственники жены долгое время презрительно называли Макмиллана «издатель», а ему самому трудно было привыкнуть к их светским аристократическим увлечениям. В результате через девять лет после женитьбы Дороти завела роман с бароном Бутби, но Макмиллан отказался развестись, и они так и оставались вместе до самой смерти жены в 1966.

Роберт Бутби
По слухам самая младшая из детей Дороти и Гарольда Сара на самом деле была дочерью Бутби.

Гарольд Макмиллан и королева.
В этой серии был представлен фотограф Сесил Битон.
Маргарет позировала ему для этого фото.

По сюжету Маргарет возмущается тем, что на день рождения ее портрет для газет все время делает Сесил. Мол, Сесил делает не фотографии, а "сказки", в которых нет реального мира.


Сэр Сесил Уолтер Харди Битон- известный английский фотограф, мемуарист, икона стиля, дизайнер интерьеров, художник по костюмам и декорациям, один из важнейших мастеров модной фотографии. В 1970 году был включён в Международный список Зала славы самых стильных людей.
Сесил Битон родился 14 января 1904 года в Хэмпстеде, Лондон, в семье процветающего торговца древесиной Эрнеста Битона.
Сесил стал профессиональным фотографом, пройдя обучение в мастерской Пола Танкерея. В 1927 году он стал штатным фотографом журнала Vogue и основал собственную студию. Здесь он познакомился с другим фотографом по имени Хорст, П. Хорст. Другим его интересом было создание костюмов для благотворительных представлений. Известность Битону принесли фотографии, созданные для индустрии моды, и портреты людей из высшего общества. Он также стал штатным фотографом журнала Vanity Fair и начал фотографировать голливудских знаменитостей. Кроме того, он часто делал снимки королевской семьи для официальных публикаций и особенно любил, когда ему позировала Королева Елизавета. Памятные снимки со свадьбы Эдуарда VIII и Уоллис Симпсон делал именно он.
На протяжении 15 лет между 1930 и 1945 годами Битон арендовал дом в Уилтшире, где он развлекал многих известных деятелей.
После возвращения в Англию, во время Второй Мировой войны Битон по рекомендации королевы работал на министерство информации и должен был фотографировать происходящее в тылу. В госпитале он сделал один из самых знаменитых своих портретов — фотографию пострадавшей во время бомбардировки трехлетней Эйлин Данн. Снимок девочки в бинтах, сжимающей в руках своего мишку, обошёл весь мир. Когда изображение было опубликовано, США ещё официально не вступили в войну, однако увеличивающееся количество фотографий в прессе, подобных работам Битона, помогли подтолкнуть американскую общественность оказать давление на правительство с целью оказания помощи Великобритании в трудную минуту. Особой известностью также пользовались фотографии последствий военных операций Третьего рейха.
После войны Битон взялся за создание костюмов и декораций для бродвейской постановки «Веер леди Уиндермир», в которой ещё и сыграл. В 1956 году он прекрасно поработал над бродвейским мюзиклом «Моя прекрасная леди», что повлекло за собой работу над фильмами «Жижи» (1958) и «Моя прекрасная леди», причём оба они принесли Сесилу премию Киноакадемии. На Бродвее Битон создавал костюмы и декорации для постановок «Луговая арфа», «Меловой сад» (1964), «Саратога» (1959) и «Коко» (1969). Благодаря этим работам он стал обладателем четырёх премий «Тони». Кроме того, Битон работал над оформлением оперы Пуччини «Турандот», которая шла в Нью-Йоркской Метрополитен-опера и в Лондонском Ковент-Гардене.
Некоторые работы Сесила
















Маргарет знакомится с Энтони Армстронг-Джонсом и он ее фотографирует. Перед этим принцесса отвергла все фотопортреты, которые сделал Сесил к ее 29-летию.
Энтони делает этот портрет

Портрет по просьбе принцессы Энтони отправляет в редакцию The Times. Вымысел это или нет, не знаю, фото в газете я не нашла.

В следующей серии зрителя знакомят с лордом Олтрингемом, который осмелился критиковать королеву и образ жизни королевской семьи. Это был нонсенс.

В августе 1957 года, в малоизвестном издании “National and English Review” появилась публикация под названием “Монарх сегодня”, написанная редактором журнала, тридцатитрехлетним Джоном Григгом, 2-м бароном Олтрингемом. Он выступал оппозиционером в партии тори, устраивая кампании против своих однопартийцев. Кроме того, он выступал за рукоположение женщин в духовный сан в Англиканской церкви и жестко критиковал суэцкую авантюру Энтони Идена.
Теперь же он нацелился на тех, кто служит – вернее, по его представлению, плохо служит – монархии, которую он якобы поддерживает. Авторитет его словам придавал титул, а также итонское и оксфордское образование и звание офицера гренадерской гвардии – привычного источника придворных кадров для Букингемского дворца. Олтрингем называл советников “тесной кликой”, “твидовой” аристократии, наполнявшей официальные речи королевы банальностями. “Выражения, которые вкладывают в ее уста, – писал он, – рисуют образ школьницы-зубрилки”, мешая ей проявить себя “независимой неповторимой личностью”. Олтрингем призывал королевскую семью сделать свое окружение более радикальным и социально разнообразным, создав “по-настоящему бесклассовый двор, отражающий состав Содружества”, тем самым творчески решая “невозможную на первый взгляд задачу королевы – быть одновременно обычной и незаурядной”.
В своей статье Олтрингем вторил оставшемуся почти незамеченным эссе журналиста и радиоведущего Малкольма Маггериджа, опубликованному двумя годами ранее в “New Statesman”. На свежем примере раздутой в прессе шумихи вокруг драматических отношений принцессы Маргарет с Питером Таунсендом Маггеридж предупреждал в октябре 1955 года об опасности чрезмерной огласки. Он настоятельно рекомендовал королевской семье обзавестись “хорошими специалистами по связям с общественностью”, которые заменили бы придворных “в их нелепых потугах” контролировать прессу и “отражали бы наиболее злобные нападки”. Более компетентные советчики, писал он, помогут королевской семье “не дать превратить свою жизнь в подобие мыльной оперы”. Маггеридж, как искусный полемист, высказывался в сдержанном и уважительном тоне, позволив себе, самое большее, отметить, что монархия “превратилась в эрзац-религию”, и предложить британской королевской семье присмотреться к скандинавскому подходу – “простому и незаметному для подданных существованию”.
Рассуждения Олтрингема в том же ключе вызвали бы у четырех с половиной тысяч читателей журнала разве что недоумение, не посмей он язвить в адрес лично ее величества насчет “дебютантских штампов” и “удручающей нехватки подготовки” к роли монарха. “Елизавете I, – писал он, – недостаточно было бы Крофи, сэра Генри Мартена, лондонских сезонов, скачек, охоты на куропаток, канасты и периодических официальных турне”.
Кроме того, он прошелся по королевской “манере речи, которую просто больно слушать. Как и ее мать, она не может связать и двух слов без бумажки. Даже если она вынуждена все свои речи независимо от размеров зачитывать с листа, пусть хотя бы научится читать их как следует. При должной тренировке даже подготовленную речь можно подать как экспромт”. В порыве, по его собственному утверждению, “искренней и конструктивной критики” Олтрингем заявлял, что, “как только развеется очарование юности”, ее величеству останется полагаться лишь на характер. “Ей придется говорить и держаться так, чтобы народ прислушивался и внимал”, – писал он.
Заявления эти вызвали волну негодования в прессе и влиятельных кругах. Таблоиды пестрели заголовками о “нападках” на королеву. “The Sunday Times” назвала Олтрингема подлецом и трусом, а Генри Фэрли высмеял в “The Times” недоброжелателя ее величества, посмевшего “со своим крохотным зашоренным умишком посягнуть на многовековой опыт”. Архиепископ Кентерберийский Джеффри Фишер счел Олтрингема “просто глупцом”. Б. К. Бербидж из Лиги верноподданных империи, встретив обидчика ее величества на улице, залепил ему пощечину, и даже мировой судья, оштрафовавший его за это на один фунт, заявил, что “девяносто пять процентов населения страны возмущены и оскорблены этой писаниной”.



Джон Григг дает интервью на передаче "Влияние", в интервью он критикует королеву.
Во дворце критику приняли конструктивно. Мартин Чартерис назвал ее “знаковым событием для послевоенной монархии” и склонен был благодарить автора за “неожиданную услугу”. По некоторым данным, принц Филипп – не жаловавший чопорных придворных – склонялся к тому же мнению. Королева, под руководством мужа и таких профессионалов, как ведущий передач BBC Дэвид Аттенборо и приятель Филиппа по Гордонстоуну Энтони Крэкстон, добилась большей естественности в речах – прежде всего, понижая тембр голоса и убирая отрывистость. Однако зачитывать их она продолжала по бумаге, не рискуя неосторожным словом нарушить положенный монарху нейтралитет. Вопреки прогнозу Олтрингема, даже утратив очарование юности, она по-прежнему вызывала уважение публики своей серьезностью и продиктованным скромностью нежеланием “заставить народ внимать”.
Помимо благодарности Чартериса за своевременный сигнал тревоги имелись и другие свидетельства готовности ее величества идти в ногу со временем, демократизируя свою деятельность и диверсифицируя окружение. На следующий год королева покончила с традицией балов для дебютанток в Букингемском дворце – устаревшим аристократическим ритуалом, ведущим свою историю со времен Георга III, – и вместо них ввела дополнительный дворцовый прием на открытом воздухе, куда приглашалась достаточно широкая публика.
Кроме того, прибыв 12 октября в Канаду с пятидневным визитом, она впервые выступила в прямом эфире – попеременно на английском и французском языках перед четырнадцатью миллионами зрителей из шестнадцати с половиной миллионов населения Канады. Кроме того, она в первый раз воспользовалась телесуфлером, позволявшим не читать с бумаги, а смотреть прямо в камеру. Королева произвела впечатление “застенчивой, немного робкой и местами неловкой”, однако милой, поскольку ее выступление было “невероятно человечным”, согласно оценке “The New York Times”.
Возможно, свое влияние оказала критика Олтрингема, поскольку семиминутную речь королева начала с непривычной фразы: “Я хочу поговорить с вами по душам”, а затем продолжила почти доверительно: “Бывает, что очень долго жизнь кажется скучной рутиной, мелочной бесцельной возней, а потом вдруг мы становимся участниками каких-то больших событий, позволяющих увидеть, насколько прочны и незыблемы устои нашего существования”.
На следующий день она – первой из когда-либо живших монархов – открывала канадский парламент. Чтобы канадцы могли ощутить “причастность к знаковому событию канадской истории”, Елизавета II согласилась на телевизионную трансляцию своей тронной речи из палаты сената в Оттаве.
Так же под влиянием Олтрингема королева согласилась впервые произнести Рождественскую речь по телевидению, до этого речь транслировали по радио.

В конце серии королева-мать говорит: "Все лишь бы открыться, приблизиться к реальному миру, демократизироваться и так далее. Мы страдаем когда она ускользает шаг за шагом, кусочек за кусочком..наша власть, наш абсолютизм, наше Богом данное право. История монархии в этой стране-дорога в один конец из унижений, жертв и уступок ради выживания. Вслед за баронами по нашу душу пришли журналисты, немудренно, что мы так суетимся из-за придворных-это все, что у нас осталось.Мы теряем последние латы от правления к тому, что бы быть никем..марионетками"
1957 год...королева-мать не знает

)))

В 1963 году лорд Олтрингем отказался от своего титула и стал просто Джоном Григгом.

В 6 серии рассказывают о попытках герцога Виндзорского занять какой-либо пост в Британии, вернуться в общество.
Королева поначалу согласилась, но передумала, когда ознакомилась с некоторыми фактами из прошлой жизни дядюшки, а именно о связях с нацистами.

Была найдена депеша, посланная информатором из оккупированной Чехословакии заместителю министра иностранных дел Британии сэру Александру Кадогану, датированная 7 июлем 1940 года. Как пишет лондонская газета «Индепендент», в депеше говорилось: «Источник, близкий к окружению фон Нейрата (германский гаулейтер Богемии) в Праге, сообщил, что немцы рассчитывают получить содействие от герцога и герцогини Виндзорских, причем она (герцогиня) хочет стать королевой любой ценой. Немцы ведут с ней переговоры с 27 июня… Предполагается, что возможно образовать с Англией антирусский альянс… Немцы предлагают создать оппозиционное правительство во главе с герцогом Виндзорским, предварительно обработав с помощью пропаганды общественное мнение. Они полагают, что король Георг отречется от престола, как только начнется атака на Лондон».
Уверенность, что герцог Виндзорский готов стать коллаборационистом, зиждилась не на песке, а на твердом фундаменте фактов. Британскую прессу этим летом вновь обошла фотография 1937 года, за два года до начала Второй мировой войны, где Эдуард с супругой посещают Гитлера в его горной резиденции в Оберзальцберге. Герцогиня широко улыбается в момент, когда Гитлер с легким поклоном пожимает ей руку, а герцог смотрит не менее умилительно на эту сцену, также наклонив голову.
Известно также, что ранее Эдуард, став монархом, планировал встретиться наедине с Гитлером – без ведома правительства и парламента. Он дважды беседовал с заместителем фюрера, Рудольфом Гессом, а также неоднократно восторженно отзывался об экономических и социальных реформах, проводимых нацистами. Герцог Виндзорский считал, что именно Британия должна первой предложить Германии узы дружбы.
Неудивительно, что секретная службы в 1936 году прослушивала телефон своего монарха, готовившегося «подать в отставку». Не менее вероятно, что она отслеживала его передвижения летом 1940 года в нейтральной Португалии, опасаясь, как пишет «Индепендент», что «нацисты могут перетянуть на свою сторону Эдуарда – либо силой, либо убеждением – и использовать как марионеточного короля в случае начала вторжения».
По сведениям, полученным британским дипломатом в Испании от графа Нава де Тахо, Эдуард полагал, что в Британии может вспыхнуть революция, король Георг VI отречется, а пришедшее к власти лейбористское правительство пригласит его вернуться домой, чтобы занять вакантный трон.
Так же, согласно архивным документам бывший король Великобритании хотел, чтобы нацисты… бомбили Англию. Переписка между герцогом Виндзорским и немецкими родственниками, которая хранится в Королевском архиве, до сих пор закрыта для историков. Однако мягко говоря оригинальные мысли герцога можно узнать и из открытых архивов более чем 30 стран, включая Германию, Испанию и Россию. Эдуард VIII считал, что немецкие бомбы заставят Лондон пойти на мир с фашистской Германией и что таким образом можно остановить Вторую мировую войну.









Так же одно из центральных мест в шестой серии занимает знакомство Елизаветы II с американским проповедником Билли Грэмом. Хотя, впервые с королевой Грэм встретился с королевой еще в 1955 году, для сюжета его ввели в период конца 50-х.
В 1954 году Билли Грэм впервые прибыл в Великобританию для проведения «крестовых походов» — цикла публичных проповедей. Яркие выступления американского проповедника нашли широкий отклик среди британцев: выступления баптистского пастора собирали десятки тысяч слушателей.
В результате турне проповедника по Великобритании продлилось более трех месяцев. За это время его выступления посетили около 2 миллиона человек.
Этот момент в биографии Билли Грэма считается поворотным: если до сих пор проповедник был широко известен лишь в Соединенных Штатах, то теперь, благодаря британскому турне, он приобрел мировую известность. В 1955 году Грэм вновь приезжает в Великобританию. 21 мая он завершил свои выступления на стадионе Уэмбли, а на следующий день состоялась их встреча с королевой Елизаветой.
В сериале показан эпизод, когда королева Елизавета знакомится с деятельностью Билли Грэма — она увидела его выступление по телевизору. Проповедь американского пастора о надежде произвела на нее большое впечатление.
По поручению Елизаветы Билли Грэма пригласили произнести проповедь в Виндзорской часовне — часовне святого Георгия в замке Виндзор. После проповеди состоялась встреча королевы и Билли Грэма тет-а-тет, на которой, согласно фильму, Елизавета просила у Грэма совета относительно своего желания быть «простой христианкой», а также поделилась своими мыслями по поводу христианского понимания прощения.
Эта встреча положила начало долгой дружбе. Впоследствии каждый раз, когда Билли Грэм приезжал в Великобританию, его приглашали для произнесения проповеди и встречи с королевой в Виндзорский дворец. И наоборот, когда Елизавета посещала с визитами США (в 1976, 1983, 1991 годах), американский проповедник неоднократно встречался с ней в ходе ее поездок по стране.
"Почти каждый раз, когда я встречался с ней, это была теплая, неформальная обстановка, например, обед или ужин, вдвоем или в компании нескольких членов семьи или других близких друзей."- говорил Билли о королеве.
«Я всегда считал, что она чрезвычайно интересуется Библией и ее смыслом, — писал Грэм. — Однажды после воскресной проповеди в Виндзоре я сидел рядом с королевой за обедом. Я сказал ей, что до последней минуты не мог определиться с выбором темы для проповеди и был близок к тому, чтобы молиться о себе как о расслабленном, о котором повествует 5-я глава Евангелия от Иоанна. Ее глаза весело сверкнули, и она воскликнула с чувством, как она делала иногда: “Надеюсь, вы исцелились!” Это моя любимая история».
Американский проповедник высоко отзывался о религиозном воспитании в британской королевской семье.
«Я полагаю, что одной из причин интереса к духовным вопросам королевы была теплая вера ее матери, Ее Величества Королевы Елизаветы королевы-матери, — вспоминал Грэм в своей книге. — В первый раз мы познакомились с ней в Кларенс Хаус, ее резиденции в Лондоне. Она пригласила нас с женой Рут на кофе, и когда мы приехали, она тепло поздоровалась с нами и познакомила нас с принцессой Маргарет. Мы были там около часа, и уже через пяти минут мы чувствовали себя расслабленными, потому что обе они были чрезвычайно любезны».
Билли Грэм, которому в ноябре этого года исполнилось 99 лет, является одной из самых авторитетных фигур в американском протестантизме. Баптистский пастор, он на протяжении десятков лет он был духовным советником целого ряда президентов Соединенных Штатов.
Он вырос в простой семье фермера в Северной Каролине и был воспитан в Реформатской пресвитерианской церкви. В 1943 году окончил Уитон колледж в Иллинойсе. В том же году женился на своей однокурснице Рут Белл (1920—2007). С женой они воспитали пятерых детей.
Еще во время учебы в колледже, в 1939 году Билли Грэма рукоположили в священный сан, и он служил пастором в сельской баптистской церкви в Иллинойсе.
В 1949 году Грэм запланировал и провел серию евангелизационных служений в Лос-Анджелесе. Для этих целей он установил большую цирковую палатку на территории парка. Эти собрания имели такой успех, что продолжались восемь недель вместо трех, запланированных в начале. Публичные проповеди в Лос-Анджелесе сделали его религиозной личностью национального масштаба.
В 1950 году проповедник основал Евангелистскую ассоциацию Билли Грэма (ЕАБГ) со штаб-квартирой в Миннеаполисе.
Мировую известность Билли Грэму принесли его «крестовые походы» — циклы публичных проповедей, с которыми он объездил многие страны мира.
В период с 1982 по 1992 годы в качестве проповедника Билли Грэм неоднократно посещал Советский Союз и страны СНГ. В 1992 году проповедь Грэма во время богослужения в Москве в спортивном комплексе «Олимпийский» в течение трех дней услышали около 155 тыс. человек; трансляция велась через установленные на улице мониторы в том числе и для людей, которые не смогли попасть в «Олимпийский».
Евангелистскую ассоциацию Билли Грэма ныне возглавляет его сын Фрэнклин Грэм.
Билли Грэм с королевой:





Продолжение следует..
Tags: Британия - Герцог Эдинбургский, Британия - Королева Елизавета Вторая, Британия -Принцесса Маргарет, История британской монархии, Кино и ТВ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments